Эвтаназия

ЭВТАНАЗИЯ — РЕШЕНИЕ ДЛЯ ЛЮДЕЙ С МЕНТАЛЬНЫМИ РАССТРОЙСТВАМИ?

В Нидерландах разрешили провести эвтаназию молодой женщине, страдавшей ментальными расстройствами. Ее возраст неизвестен, но находится в промежутке 20-30 лет. В детстве она стала жертвой сексуального насилия, которое привело к развитию посстравматического стрессового расстройства, хронической депрессии, галлюцинаций и анорексии. Она проходила психотерапию, но лечащие врачи сделали вывод, что ее состояние вряд ли улучшится. Женщина попросила сделать ей смертельную инъекцию два года назад, экспертиза подтвердила ее вменяемость.

Разрешение эвтаназии вызвало дискуссию в медицинских и правозащитных кругах. Британские парламентарии сочли, что оно усугубляет положение жертв насилия и подталкивает к суициду. Руководитель правозащитной организации Distant Voices Никки Кенвар осудил врачей: «Пугает, что психиатры смогут рассматривать эвтаназию как ответ на сложные психологические травмы, полученные из-за сексуального насилия».

Однако об опасности эвтаназии для ментальных пациентов Голландии заговорили еще в феврале 2016 года. В журнале JAMA Psychiatry была опубликована статистика работы нидерландской психиатрической комиссии по рассмотрению просьб об эвтаназии. Исследователи обратили внимание на следующие факты:
 

• 70% пациентов, просящих об эвтаназии, были женщинами, 32% из них были в возрасте 70 лет и старше, 44% — в возрасте 50-70 лет, 24% — 30-50 лет.
   
• 56% пациентов отказались по меньшей мере от одного вида лечения, около половины назвали в качестве причины «отсутствие мотивации».
   
• 66% пациентов определили одиночество или социальную изоляцию как мотивацию к их просьбе об эвтаназии.
   
• Одна из пожилых пациенток, психически и физически здоровая, не назвала другой причины эвтаназии, кроме как смерть мужа.
   
• Многие пациенты наблюдались у врачей и медсестер, финансируемых организацией, продвигающей эвтаназию.
   
• Комитет, выдающий разрешение об эвтаназии, практически не хранит информацию о пациентах: семейное положение, род занятий, образование, этническая принадлежность упоминались редко, что мешает сбору статистики для изучения пациентов.

В период с 2011 по 2014 год было проведено 110 «психиатрических» эвтаназий, и в одном случае критерии не были соблюдены. Пациентке было 80 лет, она страдала депрессией и вызвала мобильную службу эвтаназии, т.к. ее лечащий врач не дал добро на эту процедуру. Врач службы виделся с ней дважды до ее смерти, не советовался с ее психиатром, но не имел сомнений о том, что ее расстройство неизлечимо. В 14 из 66 случаев, рассмотренных авторами статьи, эвтаназия была произведена с помощью мобильной службы.

В другом случае решение комитета было еще более поразительным. Пациент совершил попытку суицида, что привело к перелому бедра, от лечения отказался и попросил об эвтаназии впервые.

Авторы исследования считают, что регулирование эвтаназии в Нидерландах очень слабое и требует изучения. Они сомневаются в корректности выбранного способа решения проблем ментальных пациентов: «Тот факт, что люди перестают лечиться у своего врача и обращаются в службу эвтаназии, где уровень их страданий оценивает не психиатр, а кто-то другой — худший из возможных способов реализации этого процесса».

Эвтаназия еще долгое время будет одним из самых спорных вопросов. С одной стороны, она экономически более выгодна государству, чем лечение ментальных проблем, поддержка жертв насилия, организация безопасного пространства и совместного досуга для одиноких людей. С другой — страдания пациентов с ментальными расстройствами не должны оцениваться как менее значимые, по сравнению с неизлечимыми физическими заболеваниями, при которых есть право на эвтаназию.